?

Log in

No account? Create an account

Категория: искусство

В этой главе я расскажу о программе, которая не шла в прямом эфире, но запись этого концерта, стала в одно время, просто-таки, культовой. Естественно, речь пойдет о сольнике Аллы Пугачевой на "Славянском базаре". И вспомнил я о нём в контексте курьезов, связанных с телевизионными эфирами не случайно. Помимо того, что эта программа была первым выступлением Аллы Борисовны на Фестивале, являлась одним из немногих её "живых" сольных концертов, запечатленных для телевидения, именно случай сделал её весьма оригинальной и впечатляющей.

Было это в том же 1994 году на III "Славянском базаре". Как я уже упоминал, именно благодаря телевидению к этому времени Фестиваль приобрел невероятную популярность, как среди зрителей, так и во всей артистической тусовке. Это позволило существенно расширить его программу и привлечь к организации лучших режиссеров, артистов, художников.
Именно со сценографией, которую создал для для Фестиваля, приглашенный мною в этом году художник-постановщик Боря Краснов, и связана эта история. В описываемое мною время, Боря уже стал, пожалуй, самым модным сценографом на постсоветском пространстве. Нужно признать несомненный талант Бориса, не только образно мыслить и великолепно пластически обыгрывать, придуманные им образы в железе, бутафории и драпировках сценических декораций, но и в неимоверной способности неистово пиарить свою личность.

Вообще, я до сих пор считаю, что Борис по сути своей был больше режиссер, наделенный способностью мыслить пространственными образами, нежели, чем просто художник-постановщик, умеющий отобразить чужие образы в эскизах и макетах. Он мыслил как режиссер - языком действия.
При обсуждении проекта, я выразил только основную мысль предполагаемого образа "гостеприимства и открытости". Боря же воплотил её в зримую реальность. Три огромных расшитых традиционным белорусским орнаментам рушника, развернутых к зрительному залу от колосников до планшета сцены, прекрасно решали эту задачу. В макете оформление смотрелось феноменально. Во-первых, оно полностью ломало очень сложный рельеф сценического пространства витебского Амфитеатра, как бы придавленного огромной металлической аркой и расширяло его до бесконечности. Во-вторых, предложенная им бежевая, с грубой тканевой выработкой фактура "рушников", очень хорошо выступала в качестве огромного экрана, на которым можно было, нескончаемое количество раз с помощью имеющихся тогда в нашем арсенале технических средств, рисовать любые цветовые композиции.
Ну, и в-третьих, именно три "рушника" решали географию сценического пространства, деля его на функциональные зоны: центр - для солистов, правая сторона - для ведущих и бек-вокала, левая - для оркестра.

Одна беда преследовала Бориса постоянно. Все, что так великолепно выглядело в супер-дорогом выставочном макете, очень часто элементарно не совпадало с реальными пропорциями сцены. Я не могу объяснить этот феномен ни чем. Все расчеты и промеры, которые необходимы по технологии производства, делались сотрудниками фирмы "Краснов-дизайн" так же, как и у других сценографов. Но, изготовленные декорации именно у группы Бориса, всегда получались чуть больше, чем сценическое пространство, для которого они изготавливались. Так было не раз.
Когда огромную конструкцию центрального "рушника" с помощью специально подогнанных передвижных кранов начали поднимать до уровня арки, стало ясно, она не вмещается ровно на 3 метра. Отрезать лишнее по переднему краю было нельзя, так как это был самый нужный элемент, представляющий собой "завиток рушника", который, собственно, и придавал ему свойство ниспадающей материи. Пришлось резать посредине и стыковать с верхней частью на уровне выхода солистов, который был поднят над планшетом на 3-х метровую высоту второго этажа сцены. При этом, естественно, изменился уровень наклона планшета. Если изначально он был рассчитан на угол в 15°, более-менее комфортный для исполнителей, то теперь, он получался все 20°.

Зная по опыту постановки мюзикла "Во весь голос" с "Песнярами", где у меня наклон помоста был еще больше - 25°, я прекрасно понимал, что работать на такой площадке с непривычки не сможет практически никто. Для того, чтобы тело исполнителя привыкло к такому наклону, мне потребовалось несколько месяцев репетиций. И еще по полчаса перед каждым представлением, чтобы вестибулярный аппарат исполнителя адаптировался к такому планшету. А здесь - сборные концерты с массой танцевальных коллективов, солистов, музыкантов... И на все про все одна репетиция в очень сжатые сроки.
Но, делать было нечего.

Передать поток эмоций, который возникал у артистов, впервые вступавших на этот помост, в книге не представляется возможным. Иначе, придется задействовать все буквозаменяющие знаки клавиатуры.
Но одну реакцию, я все же постараюсь описать.
На четвертый день Фестиваля на сцене появилась Светлана Моргунова. Она приехала на репетицию юбилейного концерта "Песняров", которые в этом году отмечали свое 25-летие. Так вот, попытавшись первый раз выйти на сцену в туфлях на высоких каблуках, Света со свойственной ей прямотой в микрофон спросила на весь Амфитеатр: "Кто это @лядство придумал?!". Оказавшийся рядом с ней Володя Березин, уже не один день отработавший на этом помосте, не без сарказма шепнул ей - "Это - Боря Краснов. И ты знаешь, всем нравится! Алла, вот, вчера сольник отработала - была в полном восторге". Без секундной паузы тут же последовал ответ Светы: "Ну, так я и говорю: кто придумал это гениальное @лядство! - Очень оригинально! Здорово! Современно!". И превозмогая силы гравитации, Светлана смело шагнула на сцену. Что-что, а держать марку и спину она умела всегда!

Володя, конечно же слукавил. С Аллой Борисовной, в действительности была драматическая ситуация.

ПУГАЧЕВАНикакого возмущения, появившись на сцене во время репетиции своего сольного концерта она на высказала. Хотя, ей, работающей на грани высочайшего эмоционального накала было очень сложно держать равновесие. Так как весь репертуар Алла исполняла "живьем", нужно только представить, чего стоило ей, стоящей на высоких каблуках на наклонной плоскости, следить одновременно за равновесием тела и держать диафрагму для правильного и мощного извлечения звука. Тот, кто хоть немного понимает в технике вокального мастерства, поймет о чем я говорю. Тот, кто не понимает, пусть поверит мне на слово - это сущий ад для исполнителя.
Но, на то она и Примадонна! Ни единым взглядом, жестом, неуверенным шагом она не дала усомниться в легкости её существования на сцене. Единственное о чем она попросила, это поставить ей стул по центру сцены, на который она бы смогла опираться время от времени.
На выбор ей предложили несколько стульев - венский, барный, барочный. Всё не подошло. Она хотела белый стул. Такой нашелся. Самый что ни наесть простой пластиковый стул из уличного кафе. Именно он её и устроил.
И только по ходу действия стало понятно почему Алла Борисовна выбрала именно его. Коль скоро ей пришлось прибегнуть к стулу, как опоре, этого никто не должен был понять. Стул должен был играть свою сольную роль в программе и быть одним из действующих лиц её спектакля. Именно потому и должен был быть заметным.

Так и остался этот концерт великой артистки в истории, как "Концерт Примадонны со стулом и оркестром". Алла в те годы была на пике своего мастерства. Еще в силе был её уникальный и мощный голос. Вместе с ним, приобретенный огромный опыт, позволяли ей достигать таких эмоциональных высот исполнительского и актерского мастерства, которые и по сей день не удается превзойти ни кому из наших эстрадных исполнителей.
Всю программу она выстроила вокруг того самого стула. Да так мастерски, что никому и в голову не могло придти, что она использует его не в качестве необходимого по действию главного реквизита, а как банальную подпорку.

Браво, Алла!

PS: Тот кто сомневается, может насладиться её мастерством, посмотрев запись с эфира одного из номеров этой легендарной программы.


ПРЯМОЙ ЭФИР
Предисловие
Глава I. ЕЛЬЦИН НА БЕЛОМ КОНЕ
Глава II. ГОВОРИТ И ПОКАЗЫВАЕТ СВЕТЛАНА МОРГУНОВА
Глава III. ДИВЕРТИСМЕНТ ОТ МУСИ
Глава IV. НА БИС
Глава V. МАДАМ, ВЫ ЧТО ОХ@@@ЕЛИ?
Глава VI. МИНИСТР И ЛИЦЕДЕИ
Глава VII. ЭФИР НА ХАЛЯВУ
Глава VIII. НЕВПАПАД

Как-то стояли мы в артистической курилке Большого концертного зала "Октябрьский", в городе, носившем тогда еще имя Ленинград, вместе с Колей Басиным - директором коллектива Валентины Толкуновой. В этот вечер на сцене шел премьерный показ Валиного спектакля "Русские женщины". На следующий день должна была состояться ленинградская премьера мюзикла "Песняров" на стихи Маяковского "Во весь голос", поставленного мною. Для решения постановочных вопросов я и заглянул в "Октябрьский" накануне. Заканчивалось первое отделение спектакля. Коля, как всегда вальяжный, необъятных размеров, с сигаретой в зубах травил анекдоты.

Вдруг, он отвлекся буквально на мгновение, как бы прислушиваясь к тому, что происходит на сцене. Положил сигарету в пепельницу и сказал: "Извини, я сейчас". Быстро сорвался с места и вошел в ближайшую гримерку. Был там ровно секунду. И уже совершенно преображенный - с всклокоченной шевелюрой, в красной атласной рубахе вместо дорогого костюма, который был на нем только что, с бубном в руках пролетел мимо меня на сцену.

То, что произошло дальше, не поддавалось ни какому разумному объяснению. Коля, не останавливаясь ни на секунду направился прямо к центру сцены виртуозно протискивая свое обширное тело сквозь толпу балета, исполнявшего цыганскую пляску. Дойдя до авансцены, он сделал широкий взмах руками, ударил в бубен над головой и произнес при этом гулкое "Э-эх!". Да так, что попал точно на финальную сильную долю коды танцевального номера, который завершал первое отделение спектакля. Это был высший пилотаж исполнительского мастерства!

Шквал аплодисментов, поклоны, закрывающийся занавес, такое же стремительное возвращение в гримерку. Появление через секунду с уложенной прической, в костюме на том же месте, на котором мы расстались с ним три минуты назад. И только после того, как Коля взял из пепельницы не успевшую ещё погаснуть сигарету, на мой обезумевший взгляд спокойно пояснил: "Платят-то в Москонцерте мало, вот и приходится на актерской ставке подрабатывать. Спасибо, Валя разрешает. Заботится о нас убогих!".
Толкунова
Это было абсолютной правдой. Валя всегда очень заботливо относилась к тем, кто работал рядом с нею. Именно забота о ближнем на том же злополучном концерте, о котором я уже рассказываю третью главу подряд, сыграла и с ней злую шутку.

Напомню, речь идет о закрытии первого "Дня Москвы" на сцене ГЦКЗ "Россия" в прямой трансляции Центрального телевидения. В этой безразмерной программе все артисты и коллективы исполняли по одному номеру. С одной песней была обозначена в программе и Валентина Толкунова. В качестве её аккомпаниатора в этот вечер у рояля был легендарный Давид Владимирович Ашкенази, любовно называемый в артистической тусовке Додик.

Совместное выступление двух блистательных мастеров, как всегда, снискало бурю оваций. Вале подарили огромный букет роз, с которым под несмолкаемые аплодисменты она и удалилась за кулисы.

Но, вот она, магия прямого телеэфира! Кто же устоит от соблазна исполнить номер на бис, к тому же, если исполнение второго номера, вопреки желанию постановщиков, заранее хорошо срежиссировано самим артистом?

Дело в том, что перед своим выходом на сцену Валя попросила не объявлять Додика, потому что она хочет представить его сама после выступления. Спровоцировав своим ранним уходом за кулисы долгую и продолжительную овацию, подкрепляемую еще тем, что Давид Владимирович остался сидеть у рояля, Валя, придя к режиссерскому пульту, изобразила на лице ужас, пояснив его тем, что забыла объявить Додика и "теперь он ей этого никогда не простит". А потому, не остаётся ничего другого, как выходить заново, объявлять великого аккомпаниатора и петь вторую песню.
Сопротивляться этому было совершенно бесполезно, к тому же все всё прекрасно поняли и без объяснений. Так, во всяком случае, нам показалось в тот момент.

Да, собственно, артистка и не ждала никакого разрешения. Не дожидаясь окончания аплодисментов, она выпорхнула на сцену и начала длинный монолог о великом пианисте и композиторе, который в разные годы сопровождал выступления Изабеллы Юрьевой, Клавдии Шульженко, и последние годы сотрудничает с ней.
На этих словах Додик под восторженные аплодисменты публики вышел на авансцену, долго и трогательно кланялся. Вернувшись на свое место, феерично откинул фалды своего пиджака, сел к роялю и торжественно подняв руки над клавишами, внимательно посмотрел на Валю.
Секундная пауза, которая бывает всегда, когда артист сосредотачивается перед началом исполнения, кивок головы аккомпаниатору и... Валя запела a capella, то есть сольную, не предусматривающую аккомпанемент, "Песню матери" из упоминавшегося в начале этой главы спектакля "Русские женщины"...

Додик, сидевший с поднятыми над клавишами руками, только открыл от удивления рот и, казалось, окаменел от такого поворота событий. В этой позе он просидел секунд пятнадцать, затем, решительно захлопнув крышку над клавишами рояля, встал и гордо удалился со сцены. Валя же в это время продолжала петь свой акапельный плачь.

По окончании номера, придя за кулисы, ей не потребовалось изображать ужас, он сам проступил не её лице: "Боже, какая же я дура! Ведь, я, действительно, забыла представить Додика. А он так любит, когда я делаю это сама, потому что ему достается заслуженная слава, а не "дежурные" аплодисменты. Выйдя второй раз, просто по логике необходимо было что-то исполнить. Но, открыв рот, я поняла, что ничего с ним больше не репетировала. А потому, запела первое, что попалось на ум. Я только в середине песни поняла, что пою акапельную вещь, которую он никогда не слышал, чтобы хоть как-то меня подхватить. Ужас! Он мне этого никогда не простит!", - причитала Валя.

На концерте, который состоялся через три дня на сцене ГЦКЗ, они вновь, как ни в чём не бывало, работали вместе.

ПРЯМОЙ ЭФИР
Предисловие
Глава I. ЕЛЬЦИН НА БЕЛОМ КОНЕ
Глава II. ГОВОРИТ И ПОКАЗЫВАЕТ СВЕТЛАНА МОРГУНОВА
Глава III. ДИВЕРТИСМЕНТ ОТ МУСИ
Глава V. МАДАМ, ВЫ ЧТО ОХ@@@ЕЛИ?
Глава VI. МИНИСТР И ЛИЦЕДЕИ
Глава VII. ЭФИР НА ХАЛЯВУ
Глава VIII. НЕВПОПАД
Глава IX. КОНЦЕРТ ДЛЯ ПРИМАДОННЫ СО СТУЛОМ

ЭХ, МУЛЯ, МУЛЯ...

Сегодня ему исполнилось бы 72 года. Он - классик отечественной музыкальной культуры. Для многих уже просто - легенда.

Мог ли я, когда мне было 10 лет от роду, предположить, что с дядькой изображенным на фотографии этой пластинки, я буду когда-то париться в бане, пить водку, купаться в море, он будет доверять мне свои сокровенные мысли, и даже однажды, после большой попойки принесет мне утром кофе в постель? Конечно же, нет! 
В тот момент, когда мой старший брат принес в дом эту пластинку - все люди с её обложки казались мне небожителями. Я мог слушать её по 10 раз подряд, так, что ровно через месяц пластинка стерлась от иглы, за что я получил от брата хороший нагоняй.

Но, прошло 17 лет... 
И наша встреча состоялась. К тому моменту, волею судьбы, я стал уже главным режиссером главной концертной площадки страны - ГЦКЗ "Россия", а "Песняры" во главе с Владимиром Мулявиным   - одним из самых востребованных публикой коллективов. Они могли давать по 5 представлений подряд при полных аншлагах, с непременным атрибутом спроса - стрелянием лишних билетов перед концертом.
Не знаю, почему, то ли потому, что я был в тот момент модным молодым режиссером, то ли в силу моего служебного положения, то ли по причине человеческой предрасположенности, но Володя пригласил меня осуществить его грандиозный замысел - поставить рок-мюзикл на стихи В.Маяковского "Во весь голос". 
Конечно же, я согласился! Хотя, как это всегда бывает у меня, совершенно не представлял в начале, что я, театральный режиссер, буду делать с артистами жанра ВИА на сцене. К тому моменту Володя написал уже весь музыкальный материал, которого хватало на 1,5 часа звучания. В принципе, была законченная музыкальная концертная программа. Но он хотел именно спектакль! 
Удивительно, что признанный в тот момент великий мастер, доверился мне - мальчишке, пошел за мной, не боясь сломать уже сложившийся имидж свой и коллектива.
"Песняры" в этом спектакле делали совершенно невообразимые для них вещи - меняли 8 раз по ходу действия костюмы, танцевали, выстраивали сложные пластические композиции и мизансцены, пели и играли только "в живую". Для спектакля пришлось дописать несколько инструментальных интермедий и песен, необходимых для развития сюжета. Мой институтский друг, талантливый художник и режиссер, в дальнейшем, один из создателей телеканала "НТВ", Лёша Цыварев, придумал невероятную сценографию - дорогу, уходящую в небо. Это была сложная металлическая конструкция с массой лестниц, на которую опирался грубо срубленный деревянный помост с наклоном приблизительно 30°. Без привычки на нем было сложно просто стоять, не говоря о том, чтобы двигаться. 
Помню, какое сопротивление коллектива пришлось преодолеть Володе, чтобы заставить всех органично существовать в этом странном для музыкантов и певцов пространстве. Репетиции шли почти полгода, в основном, на гастролях - Бобруйск, Ленинград, Минск, Гомель, Севастополь... Все это время я мотался вместе с "Песнярами", жил с ними одной гастрольной жизнью.

В Севастополе, произошел первый случай, которой, наверное, очень сблизил нас с Володей. Получилось так, что совершенно случайно, я просто спас ему жизнь...
Я никогда не причислял себя к ряду людей смелых и отчаянных, готовых рисковать. Но в тот момент, какая-то неведомая сила толкнула меня. 
Случилось это в Херсонесе, именно там, на закрытой в то время территории, нам разрешили купаться и загорать. На общегородском пляже "Песнярам" с их популярностью и харизматичной узнаваемой внешностью, появляться было просто не возможно. Тот кто бывал в Херосенесе, наверняка, помнит крутой скалистый обрыв и огромные острые валуны. 
Мы сидели на не скошенной траве на берегу, играли в карты, пили легкое красное вино, в общем - атмосфера неги и солнечной лени не предвещала ничего зловещего. И вдруг, Игорь Пеня заметил, что среди нас давно нет Мули (так Володю называли только близкие ему люди) . Все всполошились, стали искать... Я подошел к обрыву и увидел ужасающую картину - пятно крови на воде возле утеса и Володю, который из последних сил пытается оттолкнуться от камней о которые волна нещадно бьет его. Его голова была окровавлена.  Не помню как все произошло в дальнейшем, потому что практически в паническом бессознательном состоянии я сбежал вниз с утеса и по острым прибрежным камням бросился в море, чуть позже таким же путем в воде оказался Валера Дайнеко. Короче, нам удалось, вытащить Володю сначала на спокойную воду, а затем уже и на берег. Все были перемазаны кровью, но не обращали на это внимание. Я думал, что это Володина кровь, которая сочилась из раны на голове. Только поле того, как остановили его кровь, стало понятно, что и у нас с Валеркой тоже достаточно порезов от острых камней. 
Слава Богу, все обошлось нормально. Володе, все же наложили несколько швов на голову, мы же с Валеркой отделались только обильной смазкой йодом. 
Концерт в этот вечер состоялся!

Осенью была шумная премьера в Москве, естественно, на сцене зала "Россия". Пять спектаклей прошли с оглушительным успехом. Володя, весь коллектив, ну, естественно, и я, были на седьмом небе от счастья. Действительно, в начинавшийся тогда период Перестройки, фигура В. Маяковского - "певца революции" воспринималась, мягко сказать - неоднозначно. Да к тому же, и музыка, написанная Володей к хрестоматийным стихам, была совершенно непривычной для почитателей его творчества. Сложнейший симфо-рок, при этом, с очень простыми и западающими в душу мелодиями. "Песняры" всегда славились своими уникальными голосами, и за долгие годы существования коллектива, слушатели научились безошибочно определять знаменитый терцкварт аккорд, как фирменный знак исполнителей. В том, что представил Мулявин публике на этот раз, от привычных "Песняров" - певцов фольклорных песен в ритме бит-бита, не осталось и следа. Юмор сменился гротеском, реалистичность - фантасмагорией, лубочная незамысловатость - глубокой философией. И только лиризм, живший в Володе и пронизавший всё его творчество, и здесь не давал повода забывать - это настоящие "Песняры". Правда и лиризм в мюзикле был на совершенно другой высоте эмоционального напряжения - почти на грани срыва. Затем были пять спектаклей в Ленинграде, на очереди был Минск...

Второй случай произошел именно в Минске, городе, который Володя считал своим родным. Да и как могло быть по-другому. Он, российский парень родившийся на Урале, именно в этом городе нашел свой жизненный путь, именно в нем он стал "олицетворением белорусского народа". Ведь его типаж, разрекламированный сотнями телевизионных программ и фильмов, и создавал впечатление для всей страны, да, что страны, мира, о том, как должен выглядеть истинный белорус.
Я, по своей молодости и наивности, не мог себе представить, что у Володи могут быть враги или завистники. К тому же, и он сам никогда не давал повода предположить это с его бесконфликтным и покладистым характером. 
Но, случай, произошедший на премьере  мюзикла в Минске на многое раскрыл мне глаза.
А дело было так. За кулисами в зале Дома офицеров Минска в тот день находились только артисты "Песняров", режиссер по пластике Паша Рощупкин, жена Володи - Света Пенкина и я. Никого посторонних. У Володи была отдельная гримерка, в которой разместились и мы - Паша, Света и я. 
Надо сказать, что спектакль был построен в очень динамичном темпо-ритме, а при том, что Володе и всему коллективу приходилось переодевать костюмы, происходило это все на сцене, так как времени добежать до гримерки практически не было. У Володи был маленький перерыв в действии - минут 5 - 7, когда игралась инструментальная интермедия и Валера Дайнеко исполнял "Послушайте, если звезды зажигают...". 
И вот в разгар спектакля, я лихорадочно носившийся за сценой, чтобы собрать все службы воедино, так как привычной режиссерской связи в этом зале не существовало никогда, забегаю в грмерную Володи и кидаюсь к крану с водой, чтобы сделать несколько глотков.
Светлана, видя это, говорит мне: "Сереж, ну что ты делаешь, здесь же отвратительная вода. Вон стоит бутылка Боржоми - пей!"
И действительно, на гримерном столе Володи стоит полная бутылка и рядом стакан. Причем бутылка, была закрыта многоразовой пробкой, такой на присоске с клипсой. 
Я говорю: "Да не удобно, это вода для Володи, он наверняка, сейчас в перерыве зайдет. К тому же стакан один" . Потом, не придумав ничего лучше, открыл бутылку и не касаясь горлышка, закинув голову, просто залил в рот несколько глотков.
И, о ужас!! Я сразу ощутил этот вкус и запах  - это был чистый ацетон. 
В панике я кинулся у раковине, чтобы сплюнуть эту гадость. Нескончаемо промывал рот и полоскал горло... Короче, не говорил я после этого глотка почти две недели - связки были обожжены. 
Но в тот момент я смог осознать только одно - этот глоток должен был сделать Мулявин. Расчет у преступников был жестокий - в момент очень ответственной для Володи премьеры лишить его возможности петь. 
Естественно, этому делу не стали давать никакого хода - скандал был не нужен никому.

Потом...
Все было потом - блистательные юбилейные вечера "Песняров", развал и хаос в стране, неумение творческим умом вписаться в кооперативный беспредел, и как следствие этого - угасание коллектива, а за тем и его полный развал. "Славянкий базар" и народный артист СССР Владимир Мулявин - председатель жюри. Его конфликт с властями, травля не без участия бывших друзей и сподвижников, когда ему припомнили всё - и русское происхождение и первого сына, погибшего в тюрьме из-за наркотиков,  и посыл министра культуры на *уй, дрязги из-за авторских прав и запои... 
А потом, эта нелепая авария на трассе под Минском, когда он потянулся за упавшей зажигалкой, его медленное умирание в Москве, прощание в зале "Россия". Бегство растерявшейся, беспомощной и беззащитной Светланы с сыном из Минска, двухмесячное укрывательство ее в Москве... Всё было потом...

Вольным или невольным свидетелем, а во многом и участником всего этого был и я. Порой хотелось реветь белугой - "Эх, Муля, Муля! Не уберегли мы тебя!" 
Как всегда это у нас водится, потом... были посмертные почести - учреждение премии его имени, переименование бульвара, памятник, музей...

Ну и сегодня...
Сегодня в поминальных записках, которые я оставляю в церкви всегда значатся имена двух Владимиров - моего отца и Мули. Царствие им Небесное!
Цитата из AndyArt:"Видимо, хиреет музейное дело. Был на широко анонсируемой выставке Серова в "Галерее Нащокина". Из нее было неясно хороший ли художник Серов. И даже складывалось впечатление, что - не очень... Зачем такая выставка? Коммерция? Понимаю, но Серов не виноват в том, что кому-то нужны деньги. И, вообще-то, он и его художественная репутация должны находиться под защитой государства как национальное достояние. Год, примерно, назад видел в Пушкинском музее выставку "Европа. От классики до авангарда". Уровень работ (не имен, - работ), по большей части, трагически не соответствовал привычному уровню выставок в Пушкинском. Правда, перед этим посещением я не был на них лет семь... Сейчас там же (в Пушкинском) очередь штурмует портик с плакатами "Россия-Италия. Сквозь века. От Джотто до Малевича". Не хочется идти. Тот же алгоритм названия. Боюсь, - схожий алгоритм комплектования экспозиции. А помните: "Москва-Париж"... Хиреет дело."Sisi
Умение срежиссировать выставку - великое умение. Считай, 50%, а то и более успеха экспозиции зависит именно от этого умения. Я в очередной раз в этом убедился в Вене. Там в Хофбруне организована экспозиция, посвященная их королеве Элизабет, жене Франца Иосифа (Sisi в простонародье). Этакий прототип принцессы Дианы - та же судьба - красавица, законодательница моды, нелюбимый муж, погибла молодой.
Так вот, эта самая экспозиция, размещенная в 10! залах составлена из полной ерунды: пара платьев, перчатки, веерок, немного писем и т.д. В общем, все малозрелищное в исходном варианте. Однако, сама экспозиция потрясающая. Это целый спектакль! Свет, звук, видео, мода от Sisi.. Прекрасная режиссура! Надо сказать, ерунда, а потрясает. Это пример, когда от экспозициониста зависит 100% успеха. Вот так -то.

Календарь

Декабрь 2016
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Подписки

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Дизайн Tiffany Chow