?

Log in

No account? Create an account

Предыдущий пост | Следующий пост

Однажды в Венесуэле, в Каракасе на дипломатическом приеме, устроенным нашим посольством после открытия Дней России, ко мне подошел наш посол с комплиментом. "Программа была великолепная, поздравляю! Особенно поразила всех Светлана Моргунова. Никогда не знал, что она так в совершенстве владеет испанским языком!",- сказал восторженный посол, который большую часть своей карьеры провел в Латинской Америке и, наверняка, хорошо разбирался в тонкостях испанского языка.

Знал бы он, что Света "овладела" этим языком в течение одной ночи, думаю, что его бы хватил кондратий. Я же, не стал его разочаровывать, лишь уточнив, что она и "японский знает", ведь она же - лингвист.

86389А началось все с того, что после долгих согласований артистического состава, который должен был принять участие в гала-концерте открытия "Дней России", в чартерном рейсе, вылетавшем по маршруту Москва-Каракас, оказались совсем не те артисты, которые были согласованы со мной.  К моменту прибытия самолета, я уже целую неделю находился в Каракасе и изменения артистического состава, оказались для меня абсолютной неожиданностью, к тому же - весьма неприятной.

Первой, кого я увидел, выходящей с московского рейса в аэропорту имени Симона Боливара оказалась Света Моргунова.  Предела моему возмущению не было границ. Весь набор матерных слов, коим я владею в совершенстве, был вылит на её голову. И на издевательскую фразу, "какого @уя она здесь забыла, ведь здесь, между прочим, говорят по испански", Света, ни сколько не смутившись, с улыбкой спросила: "А у тебя есть переводчик?".

На следующее утро, в лобби отеля на завтраке, сияющая Света, подошла ко мне и ласково сказала: "Ты знаешь, как на испанском звучит наша любимая поговорка? Это прелесть, как красиво  - Эль пуэблё ес пекеньё и побре де полья", - сказала она скороговоркой. И, действительно, фраза звучала в её исполнении просто как музыка. "Что это?"-, в недоумении и с остатками злости, спросил я. "Ну, это же наша с тобой любимая - Деревня маленькая, а нищих до@уя", с обезоруживающей улыбкой произнесла Света. Вся злость и раздражение последних дней улетучились мгновенно. Я ржал, как "сивый мерин".

А вечером следующего дня Светлана великолепно провела гала-концерт. При этом она умудрилась ни разу не заглянуть на глазах у публики в листок бумаги с написанной русскими буквами транскрипцией совершенно незнакомых ей испанских фраз.

Что-что, а память у Светы феноменальная! За многие годы совместной работы, я уже привык к тому, что ей достаточно за две минуты перед выходом на сцену пробежать глазами текст вступительного монолога величиной в одну страницу. И она в точности до запятой могла воспроизводить его у микрофона перед многотысячной аудиторией, как будто учила его целый день. Она "фотографировала" страницу глазами - и единственной её фразой, произносимой перед выходом на сцену было:"Только бы не расплескать!".

Нежный бархатный голос Светланы Моргуновой безошибочно определяла вся страна. Она была любима и телезрителями и зрителями концертных залов, а потому безвылазно работала на сцене ГЦКЗ "Россия", практически, как штатный ведущий зала.

При такой частоте работы, естественно, случались пусть и немногочисленные, но очень яркие "ляпы". Один из таких, прозвучавший в прямом телевизионном эфире трансляции большого праздничного концерта, посвященного закрытию "Дня Москвы", позднее стал классическим анекдотом из жизни звезд.

А дело было так.

В сентябре 1987 года, бывший тогда первым секретарем Московского городского комитета партии Борис Ельцин, постановил отмечать "День Москвы". Те, кто застал эти времена, наверняка запомнили этот праздник большим количеством овощных базаров открывшихся по всей Москве. Завершение праздничного дня было запланировано в ГЦКЗ "Россия" большим гала-концертом, который я незатейливо назвал "Мелодии московских улиц". Концерт был безразмерный. Вся звездная эстрада, цирк, спорт, кино и прочая тусовка принимала в нем участие. На сцене мы сделали декорации некоего перекрестка, где на расписном заднике совмещались старая и новая Москва, а сцена представляла собой большую дорогу.

Первое отделение, концерта заканчивал Ансамбль песни и пляски имени Александрова с солистом Эдуардом Лабковским. И вот, после очередного номера, на сцене выстроился хор, перед ним стоит Эдик. Света, шурша юбками плывет к центральному микрофону, и как всегда с придыханием произносит:  "На сцене дважды Краснознаменный, академический ансамбль песни и пляски Советской Армии  имени Александрова. Солист - народный артист РСФСР Вадим Лабковский!". В этот момент, Эдик, стоящий за спиной у Светы, обалдев от такой наглости, делает своим баритональным шепотом: "Хм-хм! Света, я - Эдик! Э-дик!!".

На это, не моргнув и глазом, с очаровательной улыбкой, Светлана продолжает: "Итак, для вас поет Вадим Лабковский! Встречайте!!" - в зале, естественно, аплодисменты, оркестр играет вступление, номер пошел.

Возвращаясь за кулисы к режиссерскому пульту,  Света стирает улыбку с лица и произносит сокровенное: "Вадик-Эдик, какая к @уям разница, можно подумать, кто-то помнит, как его зовут. А я должна имидж портить?!".

Этот концерт вообще был богат на события, которые потом стали анекдотами,  многократно рассказанными в артистических тусовках, как легенды. А для нас все это было наяву и происходило в прямом эфире.


ПРЯМОЙ ЭФИР
Предисловие
Глава I. ЕЛЬЦИН НА БЕЛОМ КОНЕ
Глава III. ДИВЕРТИСМЕНТ ОТ МУСИ
Глава IV. НА БИС
Глава V. МАДАМ, ВЫ ЧТО ОХ@@@ЕЛИ?
Глава VI. МИНИСТР И ЛИЦЕДЕИ
Глава VII. ЭФИР НА ХАЛЯВУ
Глава VIII. НЕВПОПАД
Глава IX. КОНЦЕРТ ДЛЯ ПРИМАДОННЫ СО СТУЛОМ